Кругом, кругом, все идет кругом… Плывет перед глазами, вертится мир, кружится сознание…
— …ру!
Кругом, кругом, все идет кругом… Все вертится, каждый предмет несется по кругу, весь белый свет кружится волчком…
— …ру!
Кругом, кругом, все идет кругом… Без конца, без края, без малейшей передышки…
— …бару!
Кругом, кругом, кругом-кругом-кругом-кругом-кругом-ру-у-у…
— СУБАРУ!..
В этот непрерывный хоровод мыслей, в бесконечный водоворот всего сущего вдруг ворвалось нечто чужеродное. Нечто, что не кружилось.
Где-то там, на самом дне бесконечной круговерти мира, он смутно различил отчаянный зов, яростную тряску за плечи и милое личико, по которому текли слезы.
Перед глазами все еще стояла бешеная пляска, но это бесконечное вращение наконец-то дало сбой.
— Приди же в себя, я полагаю! Субару!
Звонкие шлепки по щекам и рывки за плечи смели все наваждение разом.
Он так долго жаждал этого, так изголодался, пока кружился в пустоте. Безумный хоровод наконец оборвался, и «Рубасу Кицуна» — или все же «Цукиба Русуна»? «Суцуба Рукина»? «Руцусу Кинаба»? «Бакицу Русуна»?.. Нет, Барусу вернулся назад!
Блестяще! Он вырвался из круговорота! Вернулся во плоти!
— С-Серая Звезда! Умоляю, успокойтесь! Не прикусите язык!
— Это еще что за фокусы?! С чего это его вдруг так переклинило? Ха-ха-ха, это что, шутка такая?
— Какие еще шутки! Черный Пес, помоги мне! Держи его за руки!
Вокруг стоял дикий шум, но к черту долгие предисловия. Барусу чувствовал себя живее всех живых, полон сил и бодрости, так что нечего тут паниковать и таращить глаза.
Ха-ха-ха! Стоило оглядеться, как вокруг Барусу обнаружилась целая толпа взволнованных людей. Они обступили его тесным кольцом. Все кружится. Нет, не кружится. Да точно вам говорю — ничего не кружится!
— Нацуки Субару, разожми пальцы. Ты же сейчас сломаешь руку Беатрис…
— Бетти в полном порядке, в самом деле! Ни капельки не больно, я полагаю! Это просто знак… Субару зовет Бетти на помощь!..
— И где ты тут помощь увидела? Он же лыбится до ушей! Правда, весь в блевотине с ног до головы! Хлещет со всех щелей, смотреть противно!
— Черный Пес, заткнись! С чего вдруг… что с ним вообще стряслось?!
Слова летали туда-сюда, словно мяч в бешеной игре. Как здорово, как весело! Барусу тоже хотел сыграть! Давайте, бросайте пас, ну же, прямо сейчас!
— А-а-а-а-а-а…
У-у-у-и-и-и-ха-а-а!..
Получилось! Вот это поворот, великий камбэк после дикой пляски! Прекрасный переворот с ног на голову в исполнении Барусу, свержение верхов, культурная революция, отмена княжеств и учреждение префектур, закон о вечной частной собственности на целину! Прямо сейчас Барусу устроил сдвиг парадигмы, а его коперниканская страсть заслужила смертную казнь и бурные овации стоя!
— А-а-а-а-а-а…
— Проклятье, толку не будет. Феррис! Живо займись лечением…
Спасибо за поддержку, дорогие зрители! Барусу обязательно объедет всю страну от края до края с благодарственным визитом. Заглянет к родным, навестит друзей и каждому встречному пожмет руку.
— Феррис?..
Вдруг сквозь шум пробился голос, который обогнул его сознание с фланга.
Этот голос отбросил лишние экивоки, проник в самую глубь и почему-то решил проигнорировать Барусу, чтобы переключить всеобщее внимание на кого-то другого.
Обидно. Он не собирался уступать пальму первенства. Ну-ка, все вместе, хором!
Три-четыре: БАРУСУ! БАРУСУ! БАРУСУ! БАР…
— Где Феррис?
Увы, остальным явно было не до него.
— А-а-а-а-а-а…
В воздухе повисла тревога, и Барусу безнадежно отстал от событий. Пока немое изумление и шок растекались по умам спутников, он изо всех сил пытался доказать, что у него голова ни капли не идет кругом.
Вот только окружающим было уже не до его выкрутасов.
— Синий Змей исчез?..
— Эй-эй-эй, это еще в какой такой момент? Куда подевался этот парень… или девица? Куда их вообще черти унесли?
— Что за… Нет, сейчас нужно выяснить главное.
Подозрения и догадки замелькали с бешеной скоростью. Один из них прижал Барусу к полу и свободной рукой плавно выхватил из ножен изящный рыцарский меч.
Остальные затаили дыхание.
— Белая Овечка, это твоих рук дело? — прозвучал без обиняков вопрос.
— А?.. Н-нет, что вы!
— Тогда отвечай ты, Черный Пес. Знаешь, что произошло?
— Ха-ха! Совсем с катушек съехала? Меня там не было, я ничего не делал и знать ничего не знаю!
— Хорошо. Вы оба не лжете. Значит, Феррис в опасности.
Женщина — точно, Шурк! — отвела клинок и поднялась на ноги. Давление на тело Барусу ослабло, а девушки — Трисбеа и Лаябе Вочека — тут же побледнели.
— Госпожа Изумрудная?! Куда вы… ведь Серая Звезда все еще…
— Феррис в беде, как и Нацуки Субару. Он незаменим для нас. И если его кто-то похитил…
— Ой, да брось! Ты упустила кое-что важное, дорогуша! Раз, два, целых десять деталей мимо ушей пропустила!
— Что? — тихо, но грозно спросила Шурк, и с пола поднялся еще один верзила — Сеп Нычрей.
С тела Барусу ушла еще часть веса. Виновник этой тяжести, Сеп Нычрей, ткнул пальцем прямо в него:
— Ты только глянь на это позорище! Тут же ежу понятно: парень не в себе. И раз его никто не бил и не пинал, значит, тут замешана магия или еще какая дрянь. И вот совпадение: один колдунишка, который вечно ко всем ластился и щупал без спросу, вдруг испарился без следа! Смердит за версту!
— Ты смеешь обвинять Ферриса? Зачем ему это?
— А мне откуда знать? Я ему в душу не лазил! Может, золотишком поманили?
— Возьми слова назад. Иначе…
Голос Шурк оледенел. Воздух между ней и Сепом Нычрея зазвенел от ярости. Они оба вспыхнули в долю секунды — так слепо и яростно, что Лаябе Вочека испуганно взмолилась:
— С-стойте! Прошу вас! — взывала сквозь слезы девушка. — Сейчас совсем не время для ссор! Серая Звезда в таком состоянии, а вы…
— Не плачь, Белая Овечка. В твоих слезах нет лжи, но условие я назвала. Теперь выбор за ним…
— За мной? И что дальше? Если не стану плясать под твою дудку, пустишь в ход железяку? О-о, отличный план! Стала бы королевой — точно заделалась бы тираншей! Народ только перекрестится, что тебя прокатили на Выборах!
— Я предупреждала.
В то же мгновение перед глазами лежащего Барусу взметнулись блеск стали и вспышки света. Грянул глухой удар.
— Субару! — крошка Трисбеа тут же закрыла его своим телом.
Из-за ее плеча Барусу увидел, как Сеп Нычрей отскочил назад, а Шурк ринулась за ним по пятам. Шут ловко сменил маску на капюшоне, и на его ладонях вспыхнуло зеленое пламя. Он попытался перехватить нападавшую.
Но вышло слишком медленно.
— Су-у-ука-а-а-а!!
— Впервые слышу от тебя искренние слова, без шутовства.
Вопль Сепа Нычрея разорвал тишину коридора. Чудовищный удар отбросил его к стене, брызнула кровь. Здоровяк сполз по каменной кладке, его голова бессильно упала на грудь.
— А-а-а-а! Черный Пес! Черный Пес!..
— Он жив. Перевяжи его.
Шурк бросила эту фразу рыдающей Лаябе Вочеке. Из-под сдвинутой повязки вовсю сиял ее Глаз Дракона. Она бросила взгляд на Барусу и Трисбеа.
— Я найду Ферриса. Вы двое — немедленно соединитесь с Расселом Феллоу, — приказала Шурк, развернулась и сорвалась с места.
Она исчезла в глубине коридора прежде, чем кто-либо успел ее остановить. Трисбеа лишь ошарашенно смотрела ей вслед, не понимая, что происходит.
Но плач Лаябе Вочеки быстро вернул ее к реальности. Девушка закрыла лицо руками и рухнула возле Сепа Нычрея.
— Госпожа Библиотекарь!.. А-а-а, Черный Пес… он же… п-помогите ему, прошу вас!..
— Да что с вами со всеми такое, я полагаю?! С чего вдруг все с цепи сорвались?! Субару! Лежи смирно! Не вздумай прикусить язык, в самом деле!
Трисбеа нахмурилась, оставила Барусу и поспешила к раненому. Вскоре в воздухе разлился мягкий исцеляющий свет, и раны от меча начали затягиваться.
— А-а-а-а-а…
Барусу лежал на полу и наблюдал за всем краем глаза.
Мысли внутри продолжали бешено вертеться. Кругом царила суматоха, все были на взводе. Барусу чувствовал: пришла его очередь. Он должен что-то сделать ради них.
— А-а-а-а-а…
Странное дело: сознание, сердце и мысли кружились волчком, но тело и первобытные инстинкты слушались безупречно. Поэтому он легко встал. Легко пошел вперед.
Зачем он поднялся? Вот в чем вопрос. Мысли провернулись еще раз и наконец встали на место.
— Точ… но.
Счастливый бред был уже позади, и он попытался пошевелить непослушным языком. Осознание настигло его.
Шурк. Она побежала вглубь коридора. Туда нельзя. Ни в коем случае нельзя! Именно оттуда совсем недавно пришел сам Барусу… Туда, где он кружился целую вечность без конца и края.
Ей нельзя туда идти!
— Шу… кшу… ру… Шурк…
Он попытался закричать, чтобы заставить ее развернуться, но язык заплетался, дрожал и сводило судорогой. Звуки не складывались в слова.
Язык в горле словно одеревенел, мышцы вокруг рта свело судорогой. Донести свои мысли не получалось. Барусу уперся рукой в стену и поплелся вслед за исчезнувшим силуэтом.
Он завернул за угол и протянул руку к удаляющейся спине. Набрал полную грудь воздуха, чтобы крикнуть изо всех сил…
— …
Голос не прозвучал. Нет, не так. Он крикнул. Но звука не было. Язык не свело, в горле не пересохло — просто вокруг царила абсолютная тишина.
— …
Он схватился за горло, прижал ладонь к щеке, широко распахнул рот и заорал так, чтобы эхо раскатилось по всему замку… Бесполезно. Звука не было. Он кричал во всю глотку, но стояла мертвая тишина.
Пропал не только крик. Не раздалось ни хлопка по щеке, ни стука зубов, ни шороха шагов за спиной — лишь широкое лезвие без единого звука вошло в спину и вырвалось из живота.
— …
Его просто тряхнуло от удара.
Будь здесь хоть капля звука, воздух разорвал бы свист стали, плеск крови и собственный дикий вой. Но мир оставался глух. Барусу захлебывался кровью и бился в немом крике — словно на кадрах старой киноленты.
— …
Звуков не было… но боль рвала на куски. Звуков не было… но из глотки вместе с беззвучным криком хлестала настоящая кровь. Звуков не было… но он обязан про все рассказать товарищам!
— …
Крик не долетит до удаляющейся спины… звука ведь нет. Крик не долетит до друзей за углом… звука ведь нет.
Барусу беззвучно барахтался в собственной крови. Прямо рядом с ним в древнюю стену вонзился точно такой же широкий клинок, и неизвестный грубо провернул лезвие. Трещины на камне мгновенно расползлись вширь, и разбитая кладка вместе с клубами пыли рухнула наружу, в бездну. Без единого звука.
За проломом зияла черная пустота, где не ступала нога Творца. Тело пробила дрожь. Но даже этот ужас остался беззвучным. Ни мольбы о пощаде, ни крики отвращения никто не услышит.
— …
Его без единого звука вышвырнули пинком прямо в этот пролом.
— …
Полетел во тьму. Снова закружился, снова закувыркался.
До этого не было слышно ровным счетом ничего. Словно криворукий стример забыл включить микрофон на трансляции, и на экране шла лишь немая картинка. В полной тишине.
— …
«Опасно. Бегите. Здесь враг» — ни единое слово не дойдет до них. Никто его не услышит. И Барусу — Субару — продолжал падать вниз.
Сколько часов или дней это займет? Смерть от удушья, мучительная гибель от обезвоживания или полное истощение… Он просто кружился и падал туда, где не было даже неба.
В полной тишине.
— …
Впрочем, в этот раз долгие дни не понадобятся. Сквозь дыру в животе и спине хлестала теплая кровь. Дикая боль выжигала мозги, и сознание стремительно погружалось во тьму.
Угасающим разумом он понял: все это уже случалось в прошлый раз. Прежде чем Субару падал целыми днями, точно такая же участь постигла и остальных.
— …
Даже стон отчаяния застрял в горле. В последние мгновения он думал лишь о товарищах, которые беззвучно погибли во тьме. Какая же это мука — когда твой голос ни до кого не может долететь.
Значит, в следующий раз…
— …
Эту клятву никто не услышал. Без единого звука Нацуки Субару канул в бесцветную пустоту и растворился без следа.
В полной тишине.
В полной тишине.
— Что ты там бормочешь под нос, я полагаю? А ну иди сюда, не вздумай отставать, в самом деле!
— Ува-а-а-а-а-а-а!!
— А-а-а-а-а-а, я полагаю-ю-ю-у-у?!
Мир словно оглушило: звук включили на полную мощность, как в старом телевизоре. От этой звуковой волны Субару сорвался на дикий крик.
Его вопль перепугал Беатрис, и девочка пронзительно завизжала следом.
— Ч-ч-что случилось?! Почему вы оба так кричите?!
— Б-Б-Бетти просто испугалась Субару, в самом деле! Это он вдруг заорал как резаный, я полагаю! Хватит дурацких шуток!
— Признаться, я тоже растерялась… Но шутка ли это?
Беатрис торопливо оправдывалась, но на этот вопрос лишь растерянно обернулась:
— А?
Субару сидел на одном колене на каменном полу. Голова, мышцы, мысли — все перемешалось, и он пытался это исправить. Дыхание перехватило. Сердце колотилось как безумное. Он отчетливо слышал, как кровь тяжелыми толчками бежит по жилам. Он… слышал звуки!
— Вернулся… звуки вернулись…
— Субару, да что с тобой такое, я полагаю? Что стряслось, в самом деле?
— А… Беако… скажи еще что-нибудь…
Ему отчаянно хотелось слушать ее голос дальше, чтобы заглушить ужас мертвой тишины, но воспоминания о круговерти мира и страшной немой гибели мигом отрезвили его… Сейчас не время для нежностей. Настало время драться.
Субару стиснул зубы до скрежета и рывком поднялся на ноги. Вокруг высились каменные стены коридора — замок Кугельшрайбер. Они как раз шли за вещью, которую забыла Беатрис.
Значит, Посмертное Возвращение перенесло его на самую малость назад, прямо перед той беззвучной резней.
— Каждый раз времени в обрез!..
Он понимал, что наглеет, но эту способность ему навязали силой. А раз так, то грех не пожелать, чтобы тайминги были чуточку удобнее. Впрочем, жаловаться некогда. Впереди новая смертельная схватка, и нужно сделать все возможное.
— Всем внимание! Осторожно! Мы здесь не одни. Кто-то…
Он хотел сказать «рядом», но обернулся к спутникам и осекся.
Кого-то не хватало.
Встревоженная Беатрис, скрестившая руки Круш, растерянная Белая Овечка и крутящий пальцем у виска Черный Пес… Ферриса нет! Ну конечно! Именно об этом они спорили, пока Субару в прошлый раз пускал слюни в делирии!
— Где Феррис?! Куда он делся?!
— В смысле «куда»… Опаньки, вот это поворот! Мяу-мяу-мяу, а куда наш котик-змееныш испарился?
Только после его крика остальные заметили пропажу. Феррис замыкал шествие. Казалось, он только что болтал вместе со всеми… По крайней мере, так помнилось. Никто не видел, как он отстал.
— Что за… Нет, сейчас нужно выяснить главное. Серая Звезда, почему ты только что кричал? Что произошло?
— А? Да нет, это… сейчас не важно!
Момент перехода между смертью и жизнью в Посмертном Возвращении он не мог объяснить даже Эмилии. Лишний шум сейчас только повредит. Этот крик никак не поможет делу, и копаться в нем бессмысленно. Однако…
— Чувствую ветер лжи.
— Кх… Сложно объяснить! Это не совсем пустяк, скорее… ну, вроде аллергии на надвигающуюся беду!
— Аллер… гия?..
— Это правда, в самом деле! — Беатрис раскинула руки и закрыла его собой. — Субару не стал бы врать о таком, я полагаю! Он лучше всех понимает, что сейчас не до шуток!
Субару не собирался прятаться за спину маленькой девочки, поэтому шагнул вперед и встал плечом к плечу с напарницей. Круш сощурила единственный янтарный глаз, не скрытый повязкой.
— Хорошо. Вы оба не лжете.
— Слава богу, поняла. Тогда…
— Белая Овечка, это твоих рук дело?
Облегчение длилось лишь миг. Круш тут же перевела ледяной взгляд на девушку. Та распахнула глаза и испуганно замахала руками:
— А?.. Н-нет, что вы!
— Тогда отвечай ты, Черный Пес. Знаешь, что произошло?
— Ха-ха! Совсем с катушек съехала? Меня там не было, я ничего не делал и знать ничего не знаю!
— Хорошо. Вы оба не лжете. Значит, Феррис в опасности, — глухо процедила Круш сквозь зубы.
Все сходилось. Феррис шел последним, и враги утащили его прямо из-под носа у всего отряда. Обычно провернуть такое невозможно. Но Субару на собственной шкуре прочувствовал, как невозможное становится явью.
«Эта жуткая тишина…»
Она не просто лишила Субару голоса — она стерла вообще любые звуки, позволила нанести смертельный удар и разнести крепостную стену без единого шороха. Если только спятивший Субару в тот момент внезапно не оглох на оба уха, все это было чистой правдой.
Их всех перебили просто потому, что они не могли ничего услышать и позвать на помощь.
— Библиотекарь, о забытой вещи придется забыть. Нужно немедленно найти Ферриса… Синий Змей…
— Эй-эй-эй, попридержи коней, дорогуша! Не решай за всех! Ты что, не видишь? У нас враги на хвосте! Плевать на Синего Змея, надо сваливать! — цинично оборвал Черный Пес.
— Что?.. Да как ты можешь такое нести?!
Субару тотчас взвился. Маг повернул к нему безразличную маску и бросил:
— Заткнись, придурок! С какой стати нам рисковать шкурой ради одного Синего Змея? Нас как-то выследили. Места этого мы не знаем, драться здесь не с руки! Ваш покорный слуга, «подлый маг», на такое не подписывался!
— Если хочешь бежать — беги. Но я останусь. Синий Змей незаменим для нас, — развернулась Круш. — Без него…
— Ой, полегче, дорогуша! Ты берега-то не путай!
— Что?
Черный Пес бесцеремонно ухватил ее за плечо. На ее тяжелый взгляд он лишь покачал головой:
— Ты ни черта не рубишь. Слушай сюда: чтобы мы могли пустить кишки этим тварям, нам нужна твоя силища. Точнее, твой глазик. А если совсем точно — твоя Божественная Защита. И рисковать ею мы не имеем права!
— К чему ты клонишь?
— К тому, что отступать мы будем вместе с тобой, милочка!
Черный Пес сменил маску на плачущую и вцепился в нее еще сильнее.
С точки зрения Шести Языков его логика была безупречна. Чтобы раскрыть козни Архиепископа Похоти, Королевству позарез нужна Божественная Защита Чтения Ветра… Вот только это была логика чужаков.
Круш стряхнула его руку и повернулась к нему лицом.
— Давай проясним одну вещь, Черный Пес.
Она стояла прямо перед магом спиной к Субару и остальным:
— Я веду с вами дела, но не нанималась в подчиненные. Я сама решаю, как поступить. И бросить Ферриса на верную смерть я не позволю!
Ее голос звенел сталью. Она сделала шаг вперед.
Круш не бросит Ферриса. Субару едва не улыбнулся: он знал, что она поступит именно так. Ведь он и сам думал точно так же…
— Ладно, договорились! Значит, придется силой!
В следующее мгновение прямо из-под ног Круш взметнулся столб ядовито-зеленого пламени! Субару обдало жаром, запах паленых волос ударил в нос, и он отпрянул назад. Но до него долетели лишь крохи — весь удар пришелся на Круш.
— Черный Пес?! Зачем вы напали на госпожу Изумрудную?!
— Я же понятным языком сказал! Ты совсем дура набитая? Думаешь, наш мрачный босс простит нас, если мы потеряем эту бабу? Я от проклятой печати подыхать не собираюсь!
— Но… но нельзя же так!..
Белая Овечка со слезами на глазах пыталась образумить напарника, а Черный Пес лишь раздраженно почесал затылок сквозь капюшон. И тут раздался холодный голос:
— Значит, ты предпочитаешь погибнуть не от печати, а от моего меча?
Зеленое пламя рассек ослепительный золотой луч, и из огня совершенно невредимой вышла Круш. Ее обнаженное золотое око пылало первобытной силой… Глаз Дракона и безупречный выпад сотворили невозможное — клинок рассек само пламя.
— Тьфу ты, силачка! Мы бы с тобой даже в жратве не сошлись!
— Нам вместе не жить. Раз понимаешь, что проиграешь, — отступи.
— Я же сказал! Сдохнуть от печати я не хочу!
— Понятно. Мне жаль. Но сдерживаться я не стану.
Круш рванула вперед. Черный Пес нацепил новую маску, зажег в правой руке синее пламя, а левой грубо оттолкнул стоящую рядом Белую Овечку в сторону Субару.
Девушка вскрикнула и полетела прямо на него. Субару поймал ее, поднял глаза — и увидел, что схватка уже началась.
— Субару! Плохо дело, я полагаю! Они сцепились, в самом деле!
— Вижу! Чертов ублюдок… Круш права на все сто! Какого хрена этот урод творит… сука, тварь!..
— Субару?..
Внутри закипала бешеная ярость на Черного Пса. Проклятия сами срывались с языка. Маг перегнул палку! Плевать на резоны Шести Языков, плевать на приказы! Нападать на своих — подлость! Пусть этот гад получит по заслугам!
Белая Овечка уткнулась лицом в руки и зарыдала, прижимаясь к Субару.
— У-у-у… за что… почему все так?..
Какая же она несчастная. Ее никто не слушает, ее швыряют как вещь, и ей остается только плакать от бессилия. Черный Пес что, издевается над ней? И потому…
— Су-у-ука-а-а-а!!
— Впервые слышу от тебя искренние слова, без шутовства.
Круш рассекла заклинание прямо перед запуском и со всей силы впечатала сапог в открытый бок мага. Тот согнулся пополам, клинок снизу вверх полоснул по телу, и рослый наемник кубарем полетел по полу.
Глухой удар о стену — и тело безвольно сползло вниз. Все в точности как в прошлый раз. Зло получило по заслугам.
— А-а-а-а! Черный Пес! Черный Пес!..
— Он жив. Перевяжи его.
Белая Овечка упала на колени и со слезами потянулась к поверженному напарнику. Круш лишь мазнула по ним взглядом и посмотрела на Субару:
— Я найду Ферриса. Вы двое — немедленно соединитесь с Расселом Феллоу.
— С-стойте, госпожа Круш! Мы с вами! Феррис наш друг! Мы тоже за него переживаем! Поэтому…
— Госпожа Библиотекарь!.. А-а-а, Черный Пес… он же… п-помогите ему, прошу вас!..
Жалобный крик Белой Овечки перебил Субару на полуслове. Он на миг отвлекся — Круш воспользовалась этим и сорвалась с места.
— Полагаюсь на вас, — бросила она через плечо. — Не подведите.
Она исчезла за поворотом. Субару рванулся было следом, но за его рукав все еще цеплялась плачущая девушка. Да и бросить Черного Пса умирать они не могли.
— Сам виноват, скотина! Беако, подлатай его!
— Поняла, я полагаю… Но Субару, ты сам-то в порядке?
— А?! В каком еще порядке?! — рявкнул он и тут же осекся. Юноша зажал рот ладонью. — Прости… само вырвалось. Уж лучше б я сдох, чем так орать на тебя.
— Ладно. Надо срочно его лечить, в самом деле. Белая Овечка, прекрати сырость разводить, я полагаю!
— П-простите… п-простите меня…
Субару гладил рыдающую девушку по спине и с виноватой благодарностью смотрел на Беатрис, которая даже не обиделась на его грубость.
Какая же она замечательная напарница. Самая лучшая на свете. А сам он — кусок дерьма. Никчемный неудачник.
«Идиот, не время раскисать! Думай, думай, думай! Враг где-то рядом. Феррис в беде. Круш нельзя отпускать одну. А Черный Пес только добавил проблем, черт бы его побрал!..»
Девушка вздрогнула и уставилась на него полными слез глазами. Тому сразу же стало жутко неловко:
— А-а, черт! Прости-прости, я не на тебя злюсь, Овечка!..
Мысли путались, проблем навалилась целая гора, и глухое раздражение жгло изнутри. Субару решил разобраться с тем, что перед глазами, и повернулся к Беатрис, чтобы узнать состояние раненого… И в этот момент прямо над головами Беатрис и Черного Пса потолок без единого звука раскололся и рухнул вниз.
— Невидимое Провидение!!
Быстрее мыслей, быстрее крика, лишь по зову души из его груди вырвалась третья черная рука. Призрачные пальцы сгребли Беатрис и Черного Пса, выдернули из-под падающей лавины и отшвырнули прочь.
Успел! Но оглядеться не успел: прямо над ним и Белой Овечкой свод беззвучно треснул — и тонны каменной кладки рухнули следом!
— А-А-А!
Субару вскочил на ноги, сгреб ошарашенную девушку за руку и припустил во весь дух. Она ничего не понимала из-за слез, поэтому он просто волок ее за собой по коридору.
А за их спинами в гробовой тишине продолжали с грохотом рушиться многотонные перекрытия.
— А-А-А-А-А-А-А-А!!
Оглянуться некогда, звука нет, и понять, где кончается завал, невозможно! Чтобы их не погребло заживо, Субару просто бежал вперед, не разбирая дороги…
— Серая Звезда! Стойте! — Рывок за руку оказался настолько резким, что Субару споткнулся и едва не пропахал носом пол.
Он испуганно обернулся: обвал остался далеко позади. Вернее, потолок перестал рушиться уже давно. Коридор завалило до самого верха, но они с Белой Овечкой были целы.
— А… где Беако?! И этот придурок Черный Пес…
— Они за завалом. Но я видела, как вспыхнула магия госпожи Библиотекаря. С ними все должно быть хорошо!
— Магия Беако… — юноша прикрыл глаза и прислушался к ощущениям. — Да. Я чувствую ее.
Тонкая невидимая связь между контрактором и духом подтверждала: Беатрис жива. Правда, пока только «жива».
— Проклятье… Я же знал, что враг рядом! Как мы умудрились так глупо попасться?..
— Вы тоже заметили неладное, Серая Звезда?
— Еще бы! Черный Пес всегда был язвой, но тут его словно подменили! Да и госпожа Круш совсем на себя не похожа. Даже ради Ферриса она бы не стала тыкать мечом в товарищей…
Он начал перечислять странности, и пазл в голове стал складываться.
Круш выхватила клинок слишком быстро. Черный Пес без раздумий применил смертоносную магию. Сам Субару взбесился на ровном месте, а Белая Овечка только и делала, что выла белугой. Все они вели себя как безумцы.
И точно: прямо сейчас перед ним стояла девушка, которая спокойно вытирала слезы. От ее недавней беспомощности не осталось и следа.
— Неужели… нас атаковали?
— Похоже на то. Нас намеренно стравили и разделили.
— Тишина вокруг… и этот срыв. Что это было? Навязали эмоции? Нет, на силу Сириус это не похоже. Там все чувствовали одно и то же, а тут… каждый сошел с ума по-своему…
Субару лихорадочно перебирал варианты. На миг ему вспомнилось Полномочие Архиепископа Гнева, но та тварь подчиняла чужой разум и заставляла всех петь в унисон. Здесь же все было иначе: все вели себя совсем по-разному…
— Словно… с цепи сорвались?
— В точку! Лучше и не скажешь! Звуки пропали, а тормоза наглухо отказали… Есть тут какая-то связь?
— Не знаю… Серая Звезда, послушайте меня. Кажется, дело дрянь.
— Оно и так дальше некуда, но говори. Что там?
Белая Овечка сжала руки на груди и посмотрела на него предельно серьезным взглядом:
— Сюда явились Любимые Дети. И их, скорее всего, двое или даже больше.